Информация о городе

Страна Израиль
Округ Южный
Основан 1951
Город с 1996
Население 27 000 человек (2017)
Национальный состав евреи - 93%
Часовой пояс UTC+2, летом UTC+3
Телефонный код +972 8
Координаты: 31°3134 с. ш. 34°3538 в. д. / 31.526111° с. ш. 34.593889° в. д. (G) (O) (Я)
Последний выпуск
№21  от 15 Сентября 2017 г.
№ 25 от 15 Сентября 2017 г.
Просмотреть
Архив выпусков
Жители Сдерота и окрестностей продолжат ездить на поезде бесплатно
Концерт кавказской общины в Сдероте.
Альпинисты покачались на самых гигантских качелях. Видео
Население Израиля - 8,081,000 человек
Список "горячих линий"
Полиция – 08-6620444
-------------------------------------------------- "Маген Давид Адом" – 08-8551333
-------------------------------------------------- "горячая линия" муниципалитета – 106, 08-6613110
-------------------------------------------------- Пожарная охрана – 08-6897777
-------------------------------------------------- Центр "Хосен" (помощь людям в стрессовых ситуациях) – 08-6611150, 08-6611140
-------------------------------------------------- Общественный центр психологической помощи – 08-6890602, 08-6612939
-------------------------------------------------- Центр помощи пережившим нервный шок при падении ракет ("нифгей харада") - 08-6849172
-------------------------------------------------- Информационный центр командования тыла – 1207 с любого телефона. -------------------------------------------------- Отдел абсорбции - 08-6620262
Объявления
Бизнесы Сдерота



Компьютерная помощь в Сдероте








«Автосервис» MAOR





Информеры

Еврейские праздники
Реклама
  100


Туризм в Израиле!
Касса BRAVO!
Новости партнеров


Сдерот городской сайт » Новости города » Встреча с писателем Саидом Кашуа.

Встреча с писателем Саидом Кашуа.

  • 2-07-2012, 16:59
  • 1343
  • 0
  • Новости города
Не тут и не там?

В начале июня в одном из залов городской библиотеки состоялась встреча с израильским арабским писателем Саидом Кашуа. На встрече присутствовало около шестидесяти человек, что для нашего Сдерота совсем немало. К моему удивлению пришло много молодежи, как оказалось студентов колледжа Сапир. Лекция длилась час и сорок минут и была очень интересной. Лично для меня это было нечто вроде попытки заглянуть за линию горизонта.

Ведь что знает о жизни израильских арабов еврейский простой человек, прибывший в страну со своей доисторической родины? А почти ничего, за редким исключением.
А тут будет выступать арабский писатель, книги которого выходят весьма крупными тиражами и становятся бестселлерами. К примеру, его книга גופ שני יחיד (Вторая персона)? разошлась в количестве семидесяти пяти тысяч экземпляров. Невиданный для Израиля тираж, да и для нынешней России тоже очень завидный! В его багаже три книги, еженедельная сатирическая колонка в газетах Гаарец и Гаир, и сценарии для телевидения. В 2005 году он получил премию главы правительства за достижения на литературном поприще, а в 2011 году престижную премию Кугеля. Его книги издаются во многих странах, в переводе на различные языки, в том числе арабский.

Зачем же книги арабского писателя переводят на арабский язык? Фокус в том, что Саид Кашуа пишет на иврите. Причем на великолепном иврите. И премии он получил за достижения в области ивритской литературы. Родом он из израильской арабской деревни Тира, что в Треугольнике, на свет появился в 1975 году. Отец троих детей, живет в Иерусалиме, в его западной, то есть еврейской части.

Вне всякого сомнения, Саид Кашуа – левый радикал, причем его левое
(в израильском варианте левизны) мировоззрение наследственное – его отец Дервиш был членом леворадикального кружка Мацпен, бывшего питомником, в котором и выросли все нынешние левые и суперлевые еврейские группы и группочки, типа Шалом ахшав, Мерец и иже с ними, имя же им легион. После печально знаменитого взрыва в кафетерии Еврейского университета Дервиш Кашуа даже сидел в тюрьме два с половиной года по подозрению в участии в этом теракте. Прибавим к этому вполне понятный, естественный, арабский национализм и политический портрет писателя Саида Кашуа можно считать завершенным.

Ровно в восемь вечера Саид вошел в зал библиотеки, поздоровался и смущенно улыбнулся. Я увидел молодого по нынешним временам – ему всего 37 лет - симпатичного человека в затрапезных джинсах и черной рубашке, который не знал, куда девать свои руки. Он поздоровался с почтенной публикой и начал свой рассказ - говорил о детстве в арабской деревне, об учебе в начальной школе, где был отличником, о том, как в пятнадцать лет отец отправил его в иерусалимскую еврейскую школу для детей с повышенными способностями. Перед подростком из типичной, запущенной, без единого деревца, арабской деревни с клановым укладом жизни и текущей по улицам канализацией, открылся совершенно иной мир, мир израильской ивритской цивилизации. Саид был потрясен и очарован.

О своей жизни того периода он рассказывал с мягким юмором. После первого года учебы его, как и других подростков, отправили в летний лагерь для молодежи, в котором он изучал… историю сионизма. В его школе, было два араба – он и арабская девочка. «Представьте себе» - со смешком говорил Саид – «я, сын сидевшего в тюрьме за предполагаемое участие в теракте араба, изучаю историю сионизма»! Таких нелепостей на его жизненном пути было немало, что и неудивительно – фигурально выражаясь, он сел между двумя стульями. Саид рассказывает об учебе в школе и Еврейском университете, о работе в прессе и на телевидении и становится ясно как божий день, что этот человек, живущий на стыке двух миров, не чувствует себя в своей тарелке ни в одном из них. С одной стороны, он араб, но жить среди арабов не хочет ни за какие коврижки. С другой – он человек ивритской культуры, работает в ивритских газетах, на ивритском телевидении, пишет книги на иврите, живет среди евреев, но он не еврей. Его дети тоже учатся в еврейской школе, но и они живут на стыке двух вселенных. Это драма и даже трагедия в греческом стиле, где все предопределено судьбой, которую ни на какой кривой козе не объедешь.

Арабы его озлобленно критикуют, ведь он в своих произведениях ставит их перед зеркалом и то, что они видят в этом виртуальном зеркале, не может им понравиться никак. Жизнью израильских арабов в арабских городах и деревнях заправляют хамулы – кланы. И борьба между ними за власть, за распил муниципальных бюджетов, за крышевание бизнесов, торговлю наркотиками, угон автомашин, и массу других криминальных занятий влечет за собой кровавые разборки, кончающиеся смертью десятков человек. Как это происходит в Тайбе, где за последнюю пару лет было убито более семидесяти местных жителей. Или как в Лоде, где каждый год убивают арабских женщин по подозрению в неверности десятками. Почти в каждом арабском доме есть оружие – пистолеты, автоматы и даже противотанковые ракеты. Вендетты тянутся десятками лет. Простой арабский человек в Израиле живет в постоянном страхе за себя и свою семью. Его могут расстрелять в кафе, заложить фугас в автомобиль, запустить противотанковую ракету по дому – свои же арабы, односельчане. Естественно, жить в такой обстановке Саид Кашуа не хочет, он хочет работать и жить среди евреев, в Тель-Авиве или Иерусалиме.

И все-таки, все-таки! Кто он, Саид Кашуа? Действительно ли он сидит меж двух стульев? На следующий день я зашел в библиотеку и взял его книгу יהי בוקר , (Да будет утро) прочитав которую, пришел к неизбежному выводу – никаких двух стульев нет и в помине. Есть только один стул и этот стул арабский. На этом стуле сидит человек, несомненно, талантливый, но, как и все израильские арабы, с искривленной душой. А при ближайшем рассмотрении, со страниц проглядывает не просто несчастный, запутавшийся в своих чувствах и мыслях интеллигент, но злобный враг еврейского народа и Израиля, заклятый вражина. Ибо то, что он пишет в этой книге об Израиле, о евреях, солдатах ЦАХАЛа, иначе, чем злостной клеветой и не назовешь.

Итак, жаркое летнее утро в арабской деревне. Название деревни автор не приводит, да оно и не важно, подразумевается любая арабская деревня в Израиле, они все на одну колодку. Герой книги, списанный один к одному с самого автора, только пару месяцев тому назад перебрался из Тель-Авива в свою деревню, в свой двухэтажный дом, любезно построенный для него его отцом. Дом расположен рядом с домом отца. С другой стороны стоит дом – тоже двухэтажный - его старшего брата, так же любезно построенный отцом. Наш герой – журналист, работающий в ивритской газете в Тель-Авиве. Он женат, у него есть маленькая дочь. Жена работает учительницей в местной школе. Он собирается ехать на работу. Хотя можно было бы и не ехать – за последний год работы у него все меньше – газета ведь еврейская, начальство – евреи, а он араб, его печатают все меньше, и зарабатывает он сущие гроши. Приехав на работу, он целый день бесцельно протирает штаны на своем стуле, а в последние дни на его место посадили какую-то еврейскую молодую журналистку. Теперь он приходит на работу, отбивает карточку, и бесцельно ходит по улицам города. Но увольнять его не увольняют, по непонятным ему причинам, и он чувствует себя униженным и оскорбленным и очень переживает. Именно поэтому он с семьей и перебрался в деревню к родителям – за квартиру платить не надо, а питаются они с женой то у его родителей, то у родителей жены, тоже жителей этого села.

Наш герой завтракает, садится в машину и вот он на окраине деревни, где и застревает в гигантской пробке. Что случилось? Никто не знает, все растеряны, а колонна застрявших в пробке машин все удлиняется. Он выходит из машины и идет к выезду из деревни – там все и разъясняется – выезд закрыт двумя израильскими танками, а вся деревня по периметру опутана колючей проволокой. Израильские солдаты никаких объяснений не дают. Одна из передних машин, в которой сидят три человека, – мелкий строительный подрядчик и двое его работников, внезапно взревела мотором и идет на таран, пытается прорваться через колючую проволоку. Израильских танк «Меркава» слегка поводит пушкой, выстрел, и от машины и трех человек, в ней сидевших, остается мокрое место. Полная тишина, все в шоке. Наш герой хочет позвонить в редакцию и рассказать о происходящем, но сотовая связь отключена. Он возвращается к своей автомашине и включает радио, но по радио идут обычные передачи. Все очень непонятно и очень тревожно, он запирает машину и идет домой.

Дома понятней не становится, мало того, выясняется, что нет электричества, оно тоже отключено. И нет воды. И телефон не работает. Короче, деревня отрезана от внешнего мира. Он едет к зданию местного совета – там тоже ничего не знают. Не знают ни о причине блокады, ни о том, сколько дней она продлится. И тут нашего героя осеняет гениальная мысль – нужно купить свечи, спички, воду в бутылках, батарейки и консервированные продукты. Что он и делает, закупая понемногу в разных магазинчиках. Напоследок он покупает два мешка риса и мешок сахара и едет домой. Дома собралась вся семья – родители и оба сына с женами и детьми и держат совет – что делать? Отец на маленьком батарейном приемничке все время слушает все радиостанции – ивритские и заграничные арабские – но никакой ясности нет, никто ничего не сообщает и не объясняет. Из холодильника изымается весь запас мяса, женщины его варят, жарят и тушат, приглашаются все родственники, живущие в деревне, и идет невеселый пир – ведь по такой жаре все мясо испортится все равно. Так проходит день. Новый день назавтра приносит одну новость – канализация срывает на улицах крышки люков и содержимое выливается вонючими потоками наружу.

Между тем, местный совет пришел к выводу – блокада деревни произошла оттого, что израильские власти недовольны фактом проживания в деревне сотен нелегалов из автономии. Принимается решение изгнать их из деревни. Вооруженные автоматами молодчики из правящей деревней хамулы вытаскивают нелегалов из квартир, и колонной ведут к выезду из села. Переговоры с солдатами ничего не дают. Тогда глава местного совета дает команду, на колючую проволоку устанавливают две длинные доски и первый нелегал идет по ним и вот-вот он спрыгнет на ту сторону. Израильский солдат подымает автомат – очередь и убитый нелегал падает на землю. Следующий за ним нелегал начинает плакать и умолять, кричит что у него жена и шестеро детей, упирается изо всех сил, но молодчики хамулы неумолимы, и вот он тоже идет вверх по доскам. Еще одна очередь из израильского автомата и второй тоже лежит на земле, обливаясь кровью. Все остальные страсти-мордасти, переживаемые жителями этой деревни в описании Саида Кашуа, можно не перечислять. Они из той же гнусной сказки ужасов, которую арабская пропаганда размусоливает вот уже десятки лет.

На третий день блокады нашему герою удается поймать по каирскому радио поразительную новость – оказывается, на переговорах между Израилем и палестинской автономией достигнуто окончательное урегулирование. Израиль признан автономией в границах 1967 года, за исключением крупных еврейских поселений в Иудее и Самарии. Они отходят к Израилю. Взамен автономия получает все израильские арабские города, Ум эль-Фахм, Джальджулию, Бака эль-Гарбия и другие, а также все израильские арабские деревни. Арабские жители городов со смешанным населением, такие как Яффо, Лод, Рамла, становятся гражданами автономии, но получают в Израиле статус резидента и могут продолжать жить там, где и жили. Эти и объясняется блокада деревни нашего героя – на четвертый день в деревню входят колонны палестинских полицейских, снова заработала сотовая связь, но она уже палестинская, подключены палестинское электричество и телефон. В кранах появилась вода, но и она тоже палестинская. Выезд из деревни теперь только на палестинскую территорию. Блокада нужна была для того, чтобы предупредить бегство жителей арабских городов и деревень на территорию Израиля от своей родной палестинской власти.

Что и не удивительно – каждый год из палестинской автономии уезжают заграницу 50 000 человек. Так было при короле Хусейне, так было и при израильской администрации, так оно и сейчас. За последние десять лет в Израиль перебрались разными способами, в основном путем заключения браков 110 000 палестинских арабов. Все они получили израильское гражданство. Не было ни одного обратного случая, чтобы израильский араб, заключив брак, перебрался в автономию и получил гражданство автономии.

Нужно сказать, что книга Саида Кашуа «Да будет утро» написана мастерски, действие в ней развивается динамично, напряжение растет, характеры действующих лиц выписаны точно, поведение толпы, грабящей продукты, запасенные героем книги, реалистично до жути. Развязка неожиданна и освещает происходящее как проблеск молнии. Саид Кашуа - писатель божьей милостью.

Не удивительно, что его охотно переводят, что его книги изданы на шести европейских языках. Он показывает Израиль таким, каким они, прекраснодушные европейцы, хотели бы его видеть – расистское государство, жестокое общество, израильские солдаты, бездумно расстреливающие из танков несчастных, ни в чем не повинных арабов. Удивительно другое – что его книги издаются на иврите, что он получает премии от главы правительства Израиля, что читающая публика раскупает его книги в огромных количествах, что преподаватель в колледже Сапир находит нужным рекомендовать своим студентам прослушать его лекцию, и что студенты его рассказы выслушивают благосклонно, с пониманием и сочувствием. Все это иначе, чем еврейским мазохизмом и даже стремлением к национальному самоуничтожению и не назовешь. Но таковы уж наши левые сливки нации с их постсионизмом и вывернутым наизнанку самосознанием.

Тем из вас, дорогие читатели, кто свободно читает на иврите и хочет убедиться в правильности моего вывода, рекомендую погуглить, набрав סייד קשועи прочитать в разделе Википедия его заметку יצוקה, בטח יצוקה

Лев Мазин, Сдерот